1.

Грунерт, Лотта и др. кельнерши, посетители.

(Грунерт, сидя подле стойки, считает деньги.

Посетители в дальнем углу пивной играют в карты.

Пауза, прерываемая возгласами игроков.)

Г р у н е р т. Лотта, опять вы мне не додали!

Л о т т а. Посчитайте сначала!

Г р у н е р т. Времена! Каждый норовит огрызнуться. Скоро, пожалуй, и Марихен нельзя будет слова сказать. Ох, Господи! (Кричит.) Хозяин я, или нет?

Л о т т а (кельнершам). Юродивый, а злобы в нем, как в гадюке...

Г р у н е р т. Чего считать - сразу видно, что не хватает...

(Входит Марихен.)

2.

Грунерт, Лотта и др. кельнерши, посетители, Марихен.

(Марихен несет охапку ложек, вилок и ножей. С шумом бросает их в корзину.)

Г р у н е р т (привскочив). Опять? Сколько раз тебе говорилось, как надо обращаться с ножами! Хоть кол на голове теши этой чешской бестолочи - ничего не поможет.

М а р и х е н. Да что вы все чешская да чешская! Нашли бы себе немку, да и лаялись.

Г р у н е р т. Вот, пожалуйте, что я говорил? Даже этой грязнухе нельзя слова сказать...

П о с е т и т е л и (шумно подымаясь и бросая на стол карты). Эй, там!

(Марихен уходит.)

3.

Грунерт, Лотта и др. кельнерши, посетители.

Г р у н е р т. Ох, Господи!

П о с е т и т е л и (рассчитываются с Лоттой, хохочут).

П е р в ы й. Голову бы дал на отсечение, что король вышел!

В т о р о й. А он тебя и подсидел...

Т р е т и й. Короли всегда подсиживают.

П е р в ы й. Положим, иногда и выручают.

Т р е т и й. Разве что в картах...

В т о р о й. Не только; на свете семь приятных королей: четыре - в картах, два - в шахматах и один - в кеглях...

(Смеются.)

Г р у н е р т. Послушал бы его величество своих верноподданных...

(Посетители с громким смехом направляются к выходу. В самых дверях они сталкиваются с Клоцом и проф. Ионшером.)