- А здесь знаете, кто покоится? Марина Цветаева - вот кто!

Мы деликатно молчали. Мы не знали, кто такая Марина Цветаева.

То был 1955 год.

Отнюдь не демонстрируя образец курсантской дисциплины, именно там, в школе милиции, я скорее чувством, чем сознанием усвоил-понял значение дисциплины как принципа поведения и, через год покинув школу (о причинах чуть позже), остался солдатом на всю жизнь, что, конечно, понял тоже значительно позже. Но "солдатская доминанта" - да позволено будет так сказать - "срабатывала" не раз в течение жизни, когда жизнь пыталась "прогнуть мне позвоночник" и поставить на четвереньки...

В курсантской казарме нашел я себе друга. Фактически на всю жизнь. Володя Ивойлов, из шахтерской семьи, был "белой вороной" среди нас, шалопаев. Фанатическая жажда знаний, культ книги, ни минуты без дела, постоянная строгая сосредоточенность взгляда - потянулся к нему, и мы сошлись. Я, помнится, составлял ему список книг, обязательных для прочтения: конечно, Джек Лондон, и в первую очередь - "Мартин Иден", Джеймс Олдридж "Герои пустынных горизонтов", М.Горький - "Жизнь Клима Самгина", В.Гюго "Девяносто третий" и "Человек, который смеется", Ч.Диккенс - "Записки Пиквикского клуба", Мамин-Сибиряк- "Хлеб" и "Золото", В.Шишков "Угрюм-река"... Списки эти были на целые страницы. Он прочитывал обсуждали, спорили. Затем вместе увлеклись философией, и первейшей нашей любовью был, конечно, Гегель. Его "Лекции об эстетике" мы конспектировали, ни в грош не ставя при этом соответствующие, как нам казалось, примитивные рассуждения на эти темы Белинского, Чернышевского, Добролюбова.

Не удовлетворенные уровнем образования в школе МВД, решили мы поступить на экстернат юридического факультета, отправили документы и приобрели нужные учебники, но именно в том 1955 году экстернаты были отменены, что повергло нас в уныние...