Лес - это совсем другое. Когда Бахыш-киши слышал это слово, перед глазами его возникал бескрайний зеленый океан - волнующийся, дышащий, шепчущий, Живой. Живой - потому что слышны были в этом лесу, в котором воевал Бахыш в далекой Белоруссии, голоса зверей и птиц, шелестение веток, журчание ручья. Таким увидел лес Бахыш-киши, увидел и полюбил навсегда.
И теперь, когда он думал о чахлых кустиках и молодых сосенках, посаженных около пансионата, губы его скривила ироническая усмешка. Лесника им нужно, скажите! Да тут целую жизнь надо положить, чтобы если не лес, то роща зазеленела среди песков.
Легкий шорох в углу балкона привлек внимание Бахыша-киши. Он посмотрел в клетку: так и есть, чашка с водой опрокинута. Видно, белка хотела напиться, но не смогла - сил маловато... И все же уже то, что зверек захотел пить, обрадовало Бахыша. Кажется, потихоньку приходит в себя рыжая. Даст бог, поправится.
Он принес с кухни свежей воды, аккуратно поставил чашку в клетку. Белка вздрогнула, отпрянула... "Да не бойся ты, глупая! Я же тебе только добра желаю. Попей, попей воды, у тебя же с утра во рту ни крошки, ни капельки не было - проголодалась небось, жажда мучит... Гляди, ка^я жара на улице!" Бахыш придвинул чашку совсем вплотную к губам белки, но зверек откинул голову назад. Отодвигаться было некуда - мешали стальные прутья клетки. "Чего ты боишься, бедняга? Ну ладно, ладно, я на тебя не в обиде. Плохо тебе, вот ты и боишься".