Будем подрезать карниз, решаю я. А вдруг повезет? Все хором соглашаются: подрезать карниз куда легче, чем лавину. Я давно заметил, что все мои предложения облегчить или отменить какую-либо работу принимаются единодушно. Поведение лавин непредсказуемо, недаром Юрий Станиславович настойчиво напоминал нам, что они - женского рода. Отсюда и капризы. Бывает, сажаешь из зенитки снаряд за снарядом ну, как иголки в вату, никакого эффекта; а бывает и так, что срываются от громкого голоса, от тяжести одного-единственного лыжника. Все зависит от взаимодействия доброго десятка факторов: подстилающей поверхности, глубинной изморози, мощности снежного покрова и так далее, а также, внушал Юрий Станиславович, от настроения лавины. "Разгадайте ее настроение! - требовал он. - Здесь вам никакая наука пока что не поможет - только и исключительно интуиция!" Оболенский был великим лавинщиком - вечная ему память... На всякий случай мы стараемся говорить тихо, лавину нельзя раздражать. Мы суеверны, как эскимосы. Мы знаем, что лавина живая, что она слышит, о чем мы говорим, и видит, что мы делаем. "Будь немножко трусом", - заклинает меня мама. Транспарант с этим заклинанием висит у нас на станции рядом с хрестоматийным афоризмом Оболенского: "Лучше сто раз попасть под дождь, чем один раз под лавину". И я требую от моих бездельников "трусливой храбрости" - такой термин я ввел в обиход. Чтобы храбрость не перешла в безрассудство, мне нужно, чтобы ее сдерживала бескорыстная любовь к собственной шкуре. Тогда получается как раз то, что нужно. Был у меня один любитель отбивать чечетку на лавине, но теперь он там (можете вообразить, что на словечке "там" я ткнул пальцем в небо). Поплевывают на лавины и бахвалы из туристов - пока их как следует не напугаешь. Мы-то знаем, что безопасной лавина бывает только тогда, когда она мертва, то есть спущена вниз. Этим мы сейчас и занимаемся. Конечно, приятнее всего спускать лавину, обстреливая ее из зениток (лаять на медведя лучше всего издали), но опыта у нас еще маловато, да и мороки много: нужно вызывать артиллеристов из центра, а пока они приедут и пристреляются - глядишь, либо лавина сама сошла, либо снаряды кончились.