- Давай, дедушка, накладем ему! - храбро предложил Сергей.

- А ну тебя, отвяжись... И что это за люди, прости господи!..

- Вы вот что... - начал запыхавшийся дворник еще издали. - Продавайте, что ли, пса-то? Ну, никакого сладу с панычом. Ревет, как теля. "Подай да подай собаку..." Барыня послала, купи, говорит, чего бы ни стоило.

- Довольно даже глупо это со стороны твоей барыни! - рассердился вдруг Лодыжкин, который здесь, на берегу, чувствовал себя гораздо увереннее, чем на чужой даче. - И опять, какая она мне такая барыня? Тебе, может быть, барыня, а мне двоюродное наплевать. И пожалуйста... я тебя прошу... уйди ты от нас, Христа ради... и того... и не приставай.

Но дворник не унимался. Он сел на камни, рядом со стариком, и говорил, неуклюже тыча перед собой пальцами:

- Да пойми же ты, дурак-человек...

- От дурака и слышу, - спокойно отрезал дедушка.

- Да постой... не к тому я это... Вот, право, репей какой... Ты подумай: ну, что тебе собака? Подобрал другого щенка, выучил стоять дыбки, вот тебе и снова пес. Ну? Неправду, что ли, я говорю? А?

Дедушка внимательно завязывал ремень вокруг штанов. На настойчивые вопросы дворника он ответил с деланным равнодушием:

- Бреши дальше... Я потом сразу тебе отвечу.

- А тут, брат ты мой, сразу - цифра! - горячился дворник. - Двести, а не то триста целковых враз! Ну, обыкновенно, мне кое-что за труды... Ты подумай только: три сотенных! Ведь это сразу можно бакалейную открыть...

Говоря таким образом, дворник вытащил из кармана кусок колбасы и швырнул его пуделю. Арто поймал его на лету, проглотил в один прием и искательно завилял хвостом.

- Кончил? - коротко спросил Лодыжкин.

- Да тут долго и кончать нечего. Давай пса - и по рукам.

- Та-ак-с, - насмешливо протянул дедушка. - Продать, значит, собачку?