Например, малопонятная и малоприятная девочка, которая уверяет, что должна через полгода умереть, влюбленная в звездное небо и в своего вожатого. Где она пройдет, там с "деревьев листья опадают, сикось-накось" (строчка из антивоенной песни абсурда, популярной в начале 80-х годов прошлого века), иней остается на траве, осыпается штукатурка и проваливается прогнивший пол. Labuh возразил, что благодаря Рэю Брэдбери и бр.Стругацким в литературу таки вошли дети, наделенные демоническими чертами, так что ничего особо нового автор романа не внес. Кое-Кто парировал: слабо было вашим фантастам обрядить старуху Смерть в красную пилотку с кокардой, белую рубашку и синюю плиссированную юбочку.

Oblomoff припомнил вставной сюжет про мальчика-активиста, который не хотел быть активистом и от того душевно страдал, про то, как вожатый этого мальчика разработал для него программу сублимирования, но не достиг цели, как к делу подключились Штаб и Служба доверия, как был использован и блестяще реализован метод подстановки ("Нет такого в психиатрии!" возопил вновь заглянувший на форум Монах), но кончилось все крахом, посмешищем и позорищем.

Ник Ник больше всего заценил третью часть романа, где собраны воедино сюжеты и происшествия, косвенно упоминаемые в первых двух частях. Там был рассказ о юноше, влюблявшемся во всех работавших с ним девушек-вожатых, последняя из которых довела своего коллегу до состояния тихого идиотизма, а затем нечаянно разбудила в нем дух бунтарства, заставила его бежать в леса, но после, уловками и притворством, сумела вернуть его в вожатскую среду и добровольно подвергнуться остракизму. Не менее драматична история вожатой-стукача, которая то ли из принципа, то ли просто интереса ради, начала стучать в институт и в обком профсоюзов на своих распоясавшихся товарищей, сладко улыбаясь им в глаза, с утра до вечера отдавалась работе, с вечера до утра отдавалась радисту-горнисту, и весь лагерь сгорал от любопытства, гадая, кого же подозревать в доносительстве, так что даже появилась местная игра в "стукача", как внезапно и глупо эта тайна открылась радисту-горнисту, и он пообещал убить свою любовницу в присутствии 20 вожатых и 200 детей, и что из этого вышло.