- Зажигалку, ручку, яблоко и кроссворд!

Осторожно стаскиваю с себя одеяло с котенком и выглядываю в форточку.

- Клава! - зову.

Она поднимается с лавочки, цокает каблучками по асфальту.

- И кроссворд!..

Подхожу к двери, только отодвинул задвижку - звонит телефон. Поднимаю трубку.

- Тузов, доброе утро! - узнаю голос секретарши. - Иван Антонович просил, чтобы вы явились через полчаса.

- Я пятнадцать минут назад получил телеграмму, - отвечаю.

- Ничего не знаю, - положила трубку.

Чувствую что-то за шиворотом. Поворачиваюсь. Клава отдернула руку с травинкой.

- Как ты быстро, - швыряю трубку не глядя и обнимаю Клаву.

- Ух, ты, - вздыхает она. - Я не закрыла дверь. - На ее платье сзади на шее пуговичка, я расстегнул, еще какая-то тесемка. Дергаю за тесемку, и узелок на платье развязывается. Клава опять вздыхает и щекочет мне ухо шершавыми губами: - На нас смотрят. - На ее губах горький вкус травинки.

Еще звонок. Подхожу к аппарату. Опять секретарша:

- Иван Антонович просил, чтобы вы по дороге купили курицу.

- Какую?

- Минуточку... - переспрашивает у Ивана Антоновича: - Какую?

Приоткрывается дверь - несмело и со скрипом. Заглядывает мальчик с ручкой, зажигалкой, яблоком и газетой с кроссвордом.

- Закрой дверь, - шепчет Клава ему.

- Копченую, - уточнила секретарша.

- Хорошо, - отвечаю и - положил трубку, а потом вспомнил, что на курицу не осталось денег.

- Извини, - говорю Клаве, - ты не одолжишь мне 25 рублей.

Она взгрустнула и вышла, поднимается по ступенькам на четвертый этаж, очень медленно поднимается, с голой спиной. Кто-то сверху опускается, слышу шаги. Я не стал дожидаться...