Услышав такое, Рая совсем разулыбалась.

- Я вам могу еще один рецепт дать. Паштет из лука, яйца и майонеза. Очень вкусно и совсем недорого...

- Ладно, ладно, - перебил Борис. - Завелись, кулинары. Пошли. Я готов.

На лестничной клетке, обнимая мужа, Рая заплакала.

- Смотри, веди себя там хорошо... - шептала она, пачкая ему ухо слезами. - С девками не путайся... На большие горы не лазь... Береги себя...

- Ладно, ладно... Ну, перестань, прошу, соседи услышат. Ты меня прямо как на подвиг провожаешь.

Борис ладонями вытер слезы у жены и опять удивился, как она постарела за эти годы. Перестала следить за собой. Волосы, когда-то сиявшие рыжим пламенем, потускнели и поредели, халат застиранный, нет одной пуговицы... Он погладил жену по голове.

- Перестань... Знаешь что, я там буду три недели, а неделю мы проведем с тобой вместе. Возьмем у Ивановых лодку, палатку и уедем куда-нибудь на необитаемый остров. Я буду ловить рыбу...

- И Танечку возьмем с собой.

- Конечно... ну хватит... Я скоро вернусь... Да... на тебе двадцать рублей... Купи себе халат, а то бог знает в чем ходишь.

Борис открыл кошелек, вытащил две десятки, потом подумал и добавил еще пять рублей.

- Смотри, не трать больше ни на что. А то опять своей Танюшечке всякой чепухи накупишь. Обещаешь?

- Обещаю. - Жена вытерла слезы и улыбнулась.- Напрасно ты. Вам они нужнее, мы все-таки дома... Ну, ни пуха....

- К черту! Да, и поработай над поэмой.

- Какая уж тут поэма...

- Ну, ну! В этом году ты должна обязательно закончить. Ну, ни пуха!

- К черту...

Из дверей высунулся голубой бант. - Пап, а у черта и на руках копыта?

* * *

- Ух! Наконец-то! - Борис сбросил с плеча тяжелый рюкзак на скамейку. Даже не верится. Еще несколько часов - и мы в горах. Одни. Представляешь? По сто грамм?