И тут он заметил в траве воронье перо. Дрожащими руками мальчик раздвинул ветви кустов и увидел Крагу. Птица лежала, раскинув крылья. Ее шея была вывернута и казалась неестественно длинной, а глаза были подернуты пленкой.

— Крага, — прошептал мальчик, понимая, что произошло самое страшное. Он не хотел верить, что Краги, которая еще недавно ждала его и забавно играла с ним, больше нет. Глеб не чувствовал, что плачет. Только щеки его вдруг стали мокрыми и солеными.

Мальчик, не разбирая дороги, кинулся во дворец. Задыхаясь от бега, он ворвался в детскую. Брат был там.

— Это ты… ты сделал это… — запинаясь, проговорил Глеб.

— Ты насчет вороны? — спросил Гордей, сразу поняв, о чем идет речь.

— Как ты мог?! Она ведь живая! — выкрикнул Глеб.

— До сих пор? — нахально усмехнулся Гордей.

Глеба затрясло от самодовольной ухмылки брата. Он вспомнил Крагу, жалким комочком лежащую на земле. Слезы застлали его глаза, и он кинулся на обидчика.

— Ты убил ее… ты…

— А ты докажи, что это я свернул ей шею, — увертываясь от ударов, съязвил Гордей.

— Я убью тебя! Слышишь? Я убью тебя! — крикнул Глеб, в ярости молотя кулаками.

Подоспевший воспитатель вовремя разнял драчунов. Узнав о потасовке между детьми, король помрачнел. Ссоры между сыновьями были нередки, но до драк прежде не доходило. Зачинщика нужно было наказать.

Дети, потупившись, стояли перед отцом.

— Итак, что произошло? — строго спросил король.

— Я его даже пальцем не тронул. Он сам напал на меня, — выпалил Гордей.

— Почему ты это сделал? — Отец повернулся к Глебу.

— Он убил мою ворону, — шмыгнул носом мальчик.