В тот год от милицейских акций пострадала не только кунцевская группировка. Серьезные потери в своих рядах понесли такие бригады, как бауманская, люблинская, красногвардейская. Пристальное внимание к себе со стороны МВД ощутила и чеченская группировка. Чтобы застраховаться от возможных потерь, лидеры группировки решили разбить свою общину на несколько мелких объединений. В результате этого по совету старших молодые лидеры Хожа Нухаев и Мовлада Атлангериев передислоцировались из центра в кооперативный ресторан "Лазания", который и взяли под охрану. Отныне в криминальном мире Москвы их группировка будет фигурировать как лазанская.

Сферой влияния останкинской группировки продолжали оставаться мебельные магазины, цветочные и фруктовые рынки, кооперативы и гостиницы в Бабушкинском и Кировском районах. Основной источник ее дохода - оптовая спекуляция, прежде всего мебелью.

В Южном порту орудовала группировка Н. Сулейманова, состоявшая в основном из его близких и дальних родственников.

Но мозгом чеченской общины продолжала оставаться центральная группировка, выходящая на высоких должностных лиц государственных учреждений и предприятий. В стане чеченских соперников продолжали выделяться такие группировки, как долгопрудненская, солнцевская и люберецкая. И несмотря на всю мощь своего денежного капитала и высокое покровительство, именно наличие этих группировок и воров в законе, стоявших за ними, не позволяло чеченцам захватить Москву целиком.

К весне 1989 года кооперативное движение в стране крепко встало на ноги. И даже несмотря на то, что на самом кремлевском верху находились силы, готовые в любой момент обуздать "грабителей"-кооператоров, кооперативы продолжали расти. Первые советские кооператоры-миллионеры прикидывали в уме, куда теперь выгоднее всего им вложить свои деньги. Громкий скандал с Артемом Тарасовым, заплатившим партийные взносы с трех миллионов рублей своего заработка, буквально потряс страну до основания.