Далее у Марии Андреевны идет фраза: "Все это, увы, погибло вместе со всем, что было в Шахматовском доме". Но не будем пока забегать вперед. Я думаю, если бы в годы, когда писалась "Семейная хроника", Шахматово было цело, Мария Андреевна не описывала бы его столь подробно. Утраченное вспоминается особенно ярко и болезненно.
"Сестра Катя всегда убирала свой туалетный столик под зеркалом белой кисеей с двумя оборками по верхнему и нижнему краю, красиво расставляла разные мелочи вроде духов, пудрениц, вазочек и т. д.
...(Кладовка) занимала не много места, приблизительно 3 кв. аршина. По стенам были полки, на которых размещались ящики с провизией: с разными кучками, пряностями... на всех были надписи. Весной их сушили на солнце, расставив на балконе. Для белой муки и сахарного песка были заказаны особые ящики. Крупчатая мука покупалась целыми мешками пудов по 5, сахарный песок пудами, так как кроме сладких блюд он нужен был и для варенья. Сахар для чая и кофе покупался целыми головами, и мать колола его по большей части собственноручно с помощью особого прибора с тяжелым ножом, ходившим на шарнире и прикрепленным к низкому ящику. Чай и кофе всегда привозили из Петербурга, остальную провизию брали на станции... Из Петербурга привозилось также лучшее прованское масло для салата... На гвоздях висели безмены... кладовая запиралась на висячий замок... Во время еды разговор был общий и очень оживленный. Говорили о разном, о домашних делах, о политике, о литературе... Шахматовский день распределялся так же как в городе: утренний чай, завтрак в час дня, обед в 6 и вечерний чай около 10, ужина не было... За чайным столом, покрытым белой скатертью, сидела...