Я никогда не общался с Игорем Моисеевым. Но он мой мэтр. Однажды, на юбилее хора имени Пятницкого в 1994 году, оказался с ним в зале в одном ряду, так он сбежал. Наверное, испугался меня. Его моя персона шокировала. Но меня часто спрашивают, не родственники ли мы? В Америке у меня как-то поинтересовались: "Простите, вы не сын Игоря Моисеева?" А я ответил: "Нет, я его дочь..."

Я не попал в предвыборную кампанию Ельцина, я ни разу не выступал на Днях города - и никогда туда не попаду, уверен. Четыре года меня представляют на звание "заслуженный". Но я знаю, что представлять могут еще много лет, но я ничего не получу. Между тем я - почетный гражданин Америки, обладатель "Золотой розы" в Англии - премии, присуждаемой Лондонской Королевской академией танца... Может быть, мне нужно спеть "Погоду в доме" - я без злости это говорю. Без злости. Просто не мое это - петь такие песни. А мое (например, программы о СПИДе) никому не нужно и не интересно. Как и то, что я несу деткам, больным раком крови, в город Кемерово весь свой гонорар. Как и то, что я помогаю могилевским туберкулезным детям. Как и то, что последние годы отдаю деньги в Союз театральных деятелей, ветеранам. Но кому об этом интересно писать? Никому. Потому что все это делает Боря Моисеев...

Мои коллеги меня не принимают, не пускают к себе. В "Песню года", "Хит-парад Останкина", сборные концерты свои... Отчего? Зависть! ОНИ понимают, что я очень сильный и очень крутой, мозгами крутой, духовно крутой - ИМ это не дано. Все клипы, кроме последнего, запрещали показывать по ОРТ. Меня приглашают в какую-нибудь программу, а из эфира меня вырезают.