Чёрная туча накрыла лес. Кузька схватил сундучок, прятавшийся в траве, и бегом под высоченную ель. Лил дождь, а Кузька сидел на сухой хвое, будто на половике.
Наверное, с тех пор как эта ель была маленькой пушистой ёлочкой, ни одна капля не упала на землю возле её ствола.
Ветки раздвинулись, и мокрая зелёная мордочка заглянула в окошко:
- Ты чего спрятался? А ты кто?
- Домовой, - ответил Кузька.
- Домовых не бывает! Про них только сказки есть, - сказал лесной житель. - Чего пугаешь?
Кузька не стал спорить. Люди и то боятся домовых. А зеленохвостик подавно испугается и поминай как звали. И поминать-то будет некого.
- А ты кто? Здешняя неведомая зверушка?
- А вот и нет! Не угадал! Ещё угадывай!
Кузька ответил, что всю жизнь будет думать и не угадает.
- Всю-всю жизнь? - восхитился незнакомец. - И не угадаешь? Лесовик я, леший, вот кто. И зовут меня Лешик. Мне уже пять веков. А моему дедушке Диадоху сто веков!
"Из огня да в полымя", - подумал Кузька и со страху забился под ель как можно глубже.
- Врёшеньки-врёшь! У леших клыки до самого носа торчат, язык во рту не умещается, наружу высунут, и живот на сторону мешком висит. Не похож ты на них.
Нечего зря на себя наговаривать!
- Ты перепутал! Это про домовых рассказывают, что у них язык наружу и живот мешком. - Кузька онемел от такого нахальства, а Лешик продолжал: Мой тятя выше этой ёлки! Он в Обгорелый лес ушёл. Лет на пять или на пятьдесят, как управится.
Дедушка говорит, там давно хорошего хозяина не было. А без хозяина лес сирота:
сушь да глушь. Хозяин хорош - и лес пригож. Хозяин шагнёт - и дело пойдёт. Мы с дедом тут хозяева.
- А правда, твой дед, старый леший, - лихой злодей? Зря народ пугает, в болоте топит, на деревья забрасывает. Детей крадёт, коров угоняет. А рявкнет - уши не успеешь загородить и оглохнешь!
Сказал Кузька всё, что знал про леших, и самому стало страшно. Схватил сундучок - и под дождь, мимо куста Растрёпыша, мимо Рыжки и Трясушки, мимо Кривобоконькой и Сиволапки.
Скорей в маленькую деревню у небольшой речки, в лучшую избу, где так уютно, когда за окнами непогода. Сколько раз Кузька пел обидные дразнилки дождю, показывал ему язык из-под печки. И вот ливень настиг домовёнка в чужом страшном лесу.