Маленький домовёнок и маленький лешонок следом за лягушками прыгали по мокрому лугу. Что-то сверкает впереди, что-то светит в небе. Вот у реки то ли кусты качаются, то ли кто-то машет руками.

Русалки!

Русалки качались на ветвях деревьев, склонившихся над водой. Русалки водили хоровод на светлом песке. Одна русалка сидела на большом камне и пела песню.

– Смотрите, Кузька! – закричала она. – Домовёнок Кузька! Его ищут, ищут, ищут, у всех спрашивают. Вот обрадуются домовые!

– Кузька! – Русалки окружили домовёнка, потащили к реке, смыли с него болотную грязь и давай щекотать. – Вот счастье-то! Кузька нашёлся!

И Кузька, смеясь от щекотки, сообщил русалкам.

– А у нас – хи-хи-хи! – кикиморы – ой, батюшки, не могу! – волшебный сундучок – ха-ха-ха! – украли!

Русалки все до одной всплеснули руками и заплакали. Луна поднялась. На светлом песке сидят Кузька и Лешик, думают. В реке плавают русалки, и качаются на волнах и тоже думают. И придумали!

– Водяной! Дядя Водяной! – стали звать русалки и Кузька с Лешиком.

Вода в реке дрогнула, покрылась рябью. По ней пошли большие круги. И вот показалась огромная косматая голова. Луна освещала длиннющие усы и бороду, корявые руки и могучие плечи.

– Это почему такой шум-гам? Что орёте, как коровы на лугу? – кричит Водяной. – Ну? Чего молчите? Отвечать нету вас. Озорничать – на это пригодны. А это кто такой?

– Кузька! – закричали русалки. – Кузька нашёлся!

– Ну и что? Ну и нашёлся! Надоел он мне. Все про него спрашивают – и домовые, и лешие: «Не видел ли, не встречал ли?» Ну, вижу! Ну и что? И глядеть-то не на что! А это кто? Лешик? Какого лешего ему здесь нужно?

Голос у Водяного такой грубый, что Кузька с Лешиком спрятались за большой камень.

– Кто меня звал? Кому я надобен?