- Сто седьмой?

- Точно. А вы?

- Бетонщики.

- Сколько вас?

- Трое. Чего зря остальных будить? Мы возвращались из вечерней смены. Встречаем Матвееву, ну, бригадира штукатуров. "Мои, говорит, ничего, песни поют. А одна комната ошалела. Чемоданы собирают".

- А что случилось?

- Чепуха. Девушка отказалась танцевать на "пятачке" с ребятами. А те крикнули: "Мы вас сегодня разнесем к чертовой матери!"

- Ну и как?

- Да вот, на всякий случай, загораем.

- А там? - Вовка указал на дверь общежития.

- Вроде успокоились.

Расселись на крыльце. Молчали.

"Бетонщики - лучшие ребята, - думал Вовка. - Всего трое, а пришли, и даже Удальцев затих. Они такие же, как Лосев. При нем бы Удальцев молчал. Куда пропали ребята? Это все девчонки".

И вспомнил Люсю. Вовка (как и все в его возрасте) был весьма низкого мнения о женщинах. Но Люся! Она особая. Она совсем другая. И она полюбила такого, как Вовка? За что?

Нет, вот если бы она сейчас увидела Вовку. Ночь. Он с ребятами у общежития. Подходят налетчики.

И дальше (как и у всех в этом возрасте) по разработанной схеме: бац одному, бац другому. Потасовка. Налетчики разбегаются.

Бетонщики рассказывают в своем корпусе. Ребята из 107-го не промах. Там один Вовка - семьдесят два килограмма, как ударит - сразу человек падает.

И другой вариант.

У налетчиков ножи. Ребята отбились. Но Вовка ранен. Вовку, истекающего кровью, несут в красный уголок. Все девчонки стараются оказать ему помощь. Вовка теряет сознание. (Нет, умирать, пожалуй, не стоит!) Люся получает письмо со стройки. Вовка в тяжелом состоянии. В газетах Указ Президиума. Вовку награждают медалью за отвагу или орденом.

Вот тогда Люся сразу приедет.

Вовка с нетерпением вглядывался в темноту. "Чего ж эти гады налетчики медлят?"