А старух Вовка давно не переносил, особенно тех, что шепчутся на кухне, поют песни или рассуждают о диалектике.

Вовка поправил кепку. Он любил ее за маленький козырек и разрез. Попробовал представить себе, как он выглядит со стороны. Сапоги, пиджак поверх футболки - самая удобная одежда. В ней он ни черта не боится. Разве можно сравнить ее с мешковатыми брюками, с ботинками, шнурки которых все время развязываются. А галстуки? Половина людей ежедневно навешивает эти удавки. Да мало ли дураков на свете: ведь живут же впятером на пяти метрах, а не хотят уезжать из Москвы. А он уехал. Впереди новая жизнь. Бригантина подымает паруса. Прощай, детство и юность! Детство? Вовка задумался. И вспомнил один день.

...........................

Вовка вышел из библиотеки и остановился. Вовке было тогда одиннадцать лет, и он мог остановиться где угодно и разевать рот на что угодно, не вызывая упреков за несолидное поведение. Но сейчас он остановился не потому, что заметил какую-нибудь машину иностранной марки. Он смотрел на верхний этаж соседнего дома, но, вместо распахнутых окон с тюлевыми занавесками и кактусами на подоконнике, он видел Чапаева, несущегося на рыжем коне.

...Красные уже около окопов. Белые бегут. Раз, удар шашкой, у одного офицера отлетела голова...

Нет, что и говорить, хорошо раньше люди жили. Почему бы ему тогда не родиться?

Вовка перешел улицу и, еще находясь где-то в казачьих станицах, вошел в магазин. Мама просила купить помидоры. Помидоров не было. Зато когда он привстал на цыпочки и попытался разглядеть между двумя старухами цену арбуза, выставленного на прилавке, старухи испуганно раздвинулись и схватились за карманы. А та, что была потолще, подозрительно покосилась на него.