Я специалист по этой части. Скорее всего, Стекло имел в виду князя Одоевского, который написал известную сказку «Городок в табакерке». В этой сказке сын князя во сне попадает внутрь музыкального механизма, в мир понукания, где все страдают, но никто не испытывает боли. Попытка революционного вмешательства в мрачную жизнь этого «общества» приводит к поломке и к пробуждению. «Проснуться» и «сломаться» в данном случае одно и то же. Знаете, как говорят в тюрьме — «сломался на допросе». Вот так и вы в свое время — «проснулись на допросе».

Я решил, что мне следует избрать для изучения творчество одного-единственного писателя. Я выработал критерии для выбора: этот писатель не должен быть умершим, он не должен быть слишком известным, он должен быть членом Союза писателей и регулярно публиковаться (чтобы я мог следить за его сочинениями), он не должен быть слишком официальным, не должен быть фигурой одиозной, в его текстах должно присутствовать нечто очевидно невидимое, непрочитываемое, некое слепое пятно, нечто засвеченное. Я хотел заглянуть в такую боковую щель, куда только что нырнул некто защищенный со всех сторон, некто, «чьи следы не оставляют следов». Я долго выбирал среди множества кандидатур. Оказалось, немало интересных литераторов вполне соответствует перечисленным требованиям. Выбор был трудным. Наконец, я остановился на одном писателе по имени Георгий Балл. Лично я его не знал. Видел один раз мельком, но не стал знакомиться, чтобы сохранить теоретическую дистанцию. Он писал и для взрослых и для детей. Из его «взрослых» вещей мне попался на глаза только сборник рассказов «Трубящий в тишине» и фрагмент неоконченного романа «Болевые точки». Больше меня заинтересовали тексты для детей: «Торопын-Карапын», «Речка Усюська», «Зобинька и серебряный колокольчик». Все они отмечены присутствием приторной «сладости» и одновременно «жути», причем эти сладость и жуть нигде не сходятся между собой, нигде не образуют привычную «сладкую жуть». Они существуют параллельно, и если что-то и удерживает их вместе, то это только меланхолия.