На другой же день будущая Патти пробует у профессора Маккарони голос. Профессор - подозрительная личность в потертом фраке, с плешивой головой, нафабренными усами и чудовищным кадыком - в восторге от голосовых средств Манечки. "Правда, есть небольшие дефекты... слабость средних нот, недостаток школы... ну, и так далее... Но я берусь в два года сделать из вашей дочери звезду русской оперы... Только берегите, mademoiselle, берегите ваш голос".
С этого дня для всех родных и знакомых семейства, заключающего в своих недрах будущую звезду русской оперы, начинается миллион терзаний. Вместо "легонького винтика" и "прохождения по маленькой" на сцену выступают бесконечные разговоры о диафрагме, о постановке голоса, о среднем регистре, о головных нотах, о придыханиях, о носовых и лобных "хоанах" и о тысяче подобных технических предметов. Манечка вызывается к пианино, но она не в духе, она боится злоупотреблять голосом,- ей запретил ее профессор петь по вечерам. Наконец, уступая тайному чувству честолюбия, она, как будто бы нехотя, соглашается и поет что-нибудь из Чайковского или Лишина,
"Черт ее знает, эту школу,- думают гости в то время, как у них от высоких нот будущей Патти бегают по спинам холодных мурашки. - Я, может быть, по своему невежеству и не чувствую, а оно и на самом деле... школа"..
Однако очень скоро будущая Патти остается недовольна уроками профессора Маккарони: и сам профессор неинтересный, и ученики у него какие-то всё подозрительные, и скука страшная на уроках, и никогда не бывает концертных вечеров, С ней охотно соглашается и папаша, давно уже подозревавший в профессоре беглого итальянского каторжника.