Большая спортивная суматоха была в тот день в селе. Одни крестьяне с ног, валились от усталости, другие приходили им на помощь. А на финише даже доктора стояли наготове с тремя санитарами в белом и с носилками в руках.

Призвали на соревнования и пастуха, потом свистнули, чтобы чабан пришёл с овчарни. Бегали и они, аж пятки сверкали.

Огни давно уже в плитах погасли, люди со вчерашнего вечера ничего не ели. Трактора застыли на пашне с плугами в борозде. И баня закрылась: все ждали, затаив дыхание, что будет. Кто кого победит?..

Над селом тучи нависли, как перед грозой. То тут, то там молнии засверкали, да так ярко, - казалось, вот-вот небо загорится. Но если и появлялся где просвет в небесах, то всё равно он был на стороне голубых людей из города.

- Кого это у нас нынче хоронят? - спрашивал какой-нибудь запоздалый крестьянин, вернувшийся на такси из Бельц.

Через каждые две минуты нарочный бежал к дому Игната, чтобы принести ему самые свежие новости. Голова у Игната, не то что желудок, варила хорошо. И он посылал своим сельчанам советы, один лучше другого.

Три маршрута сменили. Бежали против ветра, бежали с попутным ветром. Бежали и при полном безветрии. Пот лил ручьями по спинам сельчан. Но толку никакого: всё равно городские спортсмены в голубом выигрывали одно соревнование за другим.

Самый важный горожанин вдруг залез на автобус да как крикнет крестьянам:

- Вот беда-то, нет у нас пушки, - чем вас остановить, не знаем!

Услышав такие обидные слова, крестьяне с досады и горя чуть не попрятались в кукурузе. Но больше всех эти неудачи переживали, конечно, Груя с Титирикэ.

- Взрослые, называется, а нас, детей, как позорят! - сказал Титирикэ с обидой и чуть не со слезами на глазах.

Сказал и задумчиво почесал макушку обеими руками. И тут же в его голову пришла одна довольно стоящая мысль.

- Ты, Груя, - шепнул он своему другу, - залезай на колокольню, а я подожгу кучу мусора в другом конце села...