Стоя в коробке, Лиля сквозь новенькие шёлковые ресницы видела, как Галина Ивановна напоила Тату из носика чайника и ушла, посмотрев ещё раз на дочку с порога.

Потом Лиля услышала, как Татина мама закрыла наружную дверь на все замки. Когда шаги на лестнице затихли, Лиля приподнялась, облокотилась кукольными руками о края коробки, повертела головой и сказала:

– Тата!

Больная не ответила.

– Это я! Лиля! – захныкала кукла. – Погляди на меня!

– Не хнычь! – сказала с чайника управдомша.

Лиля терпеть не могла, когда ей делали замечания. Поэтому она даже не поглядела, кто говорит.

– Хочу – хнычу, не хочу – не хнычу! – сказала она и топнула своей шарнирной ножкой о картонное дно коробки. Потом всё-таки посмотрела и увидела управдомшу.

– Ты на чём сидишь? На чайнике?! Ха-ха-ха!..

– Не хохочи! – сказала Алла Павловна.

– Хочу – хохочу, не хочу – не хохочу! – сказала Лиля и показала игрушечный язык.

– Чего распищались? – раздался голос повара. Он перелез через порог и увидел Лилю. – Фью! Тебя ищут там, а ты тут!..

Взобравшись по уголку одеяла на постель, повар продолжал:

– Мы тебя, Лиля, искали, искали…

Управдомша хмыкнула с чайника:

– Ты её очень искал!

Не обратив внимания, повар весело говорил:

– Надо разбудить Тату, вот обрадуется! Хотя какое мне дело…

– Та-та! – заорала Лиля.

Все трое – Лиля, управдомша и повар склонились над девочкой.

– А мы не заразимся? – опасливо спросила Лиля, и все сделали кукольный шаг назад.

– Дураки, – сказала управдомша. – Как мы можем заболеть? У нас же внутри ничего нет!

Куклы потёрли маленькие ручки и приободрились. Повар сказал:

– Хорошо жить, когда внутри ничего нет!

И все опять придвинулись. Алла Павловна приложила свою тряпичную руку к Татиному лбу.