- Да... похож, - пробормотал Сергей.

Во всю прогулку он был задумчив и неособенно внимателен. Николай почти обиделся.

Эмма тоже была немного не в себе, и Николаю показалось даже, что ее глаза чуть-чуть заплаканы.

- Что с тобою? - спросил он, когда они остались немного позади.

- Ничего, - ответила она.

- Нет, "чего". Я ведь вижу.

- Мама нашла у меня твою книгу. Мы с ней и повздорили немного. Из-за тебя...

- И все?

- И все...

Николай весело посмотрел на нее.

На обратном пути Николай стал горячо упрекать Сергея за его непонятную рассеянность, которая портила всю прогулку.

Сергей посмотрел на своих друзей, подумал немного и вдруг не мало удивил их своим ответом.

- А знаете что? - сказал он, - я готов прозакладывать голову против медного пятака за то, что при обходе ночью я видел не дежурного по гарнизону, а этого человека, с которым Николай там у калитки прощался за руку.

- Не может быть!

- Может, если я говорю.

- Но что же это значит? Ведь ты же говоришь, что с ним был начальник курсов.

- А то значит, что у начальника есть знакомства, которые он предпочитает почему-то скрывать.

VII.

Разговаривая оживленно и делая всевозможные предположения, они шли рощею, находившейся около курсов, как вдруг Владимир остановился и прислушался.

- Тс... Слушайте! Что это такое?

Та-тара-та-тата-та, - протяжно и едва слышно доносил ветерок со стороны курсов далекий сигнал.

- Уж не тревога ли?

- Нет, - отвечал прислушиваясь Сергей, - тревога подается не так. Это - сбор.

И, прибавивши шагу, торопливо они направились на сигнал.

Еще не доходя, они увидели, как ото всех концов рощи, переполненной гуляющими, торопливо собирались курсанты.

В самом корпусе тоже царило необычайное оживление. Бегали курсанты, суетились каптеры, отворялись цейхгаузы, вещевые, оружейные, продовольственные, а в коридорах спешно строились роты.