А вот мы с Вадом ни одной царапинки не имели, хотя лазили везде не меньше других, а может, и больше. Без лишней скромности скажу - благодаря мне. Я умею логически мыслить.

Вот и сейчас.

- Представим, что мы итальянцы,- сказал я. - Мы что-то везем в этой машине. Вдруг прямое попадание в кузов. Мы скапустились. Мимо едут немцы. Они зарывают наши трупы возле дороги. Забирают все из машины, но видят, что мотор цел. Что они делают?

- Минируют,- пожимает плечами Вад.

- Представь себя минером. Где бы ты сделал вывод?

- У машины.

- Правильно. Для саперов. А для нас?

Вад сопит.

- Почему подрываются мальчишки? - спрашиваю я. - Потому, что немцы минируют все по два раза. Минеры сняли мину и ушли, довольные, а где-то рядом осталась вторая. Возле машины проходит тропинка. Видишь? Она идет как раз со стороны города. Немцы не дураки. Они знали, что рано или поздно пацаны придут к этой машине раскурочивать. Легче всего идти по тропинке. Значит, она...

Мы лежим и смотрим на тропинку, которая почти заросла лопухами, подорожником, одуванчиками. Над ней жужжат пчелы и дрожит густое лесное марево. Я представляю себя немцем. Я - толстый, маленький, потный - шагаю вдоль тропинки -с ящиком и мотком тонкой проволоки. Жаркие ботинки натерли ноги. Далеко идти не хочется, я присаживаюсь вон на ту кочку. Сидя работать удобнее. Сучком делаю на дорожке канавку, кладу проволочку, засыпаю пылью. "Фриц! - кричат мне с грузовика.- Кончай! Поехали!"

Сейчас... надо надежнее... Мальчишки обязательно придут к этой яркой, блестящей кабинке... Еще канавка, еще проволочка. Тьфу, черт... кусаются комары. Надо бы сделать еще один вывод, но неохота лезть вверх. Жарко, душно, хочется пить. Нет ли тут поблизости родника? Ага... вот он... Хорошо бы и его заминировать... Но очень уж жарко. Я шагаю к машине. Сверху мне протягивают