Максим вышел на улицу, прислонился спиной к стене, бессмысленно стал смотреть в лица прохожих. Прохожие все шли и шли нескончаемым потоком... А Максим все смотрел и смотрел на них и никак о них не думал.

Потом еще одна мысль пришла в голову Максиму. Он резко качнулся от стены и направился к центру города, где жил его брат.

Квартира у Игната премиленькая. На стенах множество фотографий Игната; и так и эдак сидит Игнаха -- самодо-вольный, здоровый, -- напряженно улыбается.

Максима встретила жена Игната, молодая крупная женщина с красивым, ничего не выражающим лицом. Привстала с тахты...

-- Здравствуй, Тамара, -- поздоровался Максим.

-- Здравствуй.

Максим сел в кресло, на краешек.

-- Ты что, не работаешь сегодня? -- спросила Тамара.

-- Отпросился, -- откликнулся Максим, доставая сигаре-ты. -- Можно я закурю?

-- Кури, я сейчас окно открою.

С улицы в затхленький уют квартиры ворвался шум города.

Максим склонился руками на колени.

-- Ты чего такой? Заболел?

-- Нет. -- Максим распрямился. -- У тебя знакомых ап-текарей нет? Или врач, может?..

-- Н-нет... А зачем тебе?

-- Мать у нас захворала. Надо бы змеиный яд достать, а его нигде нету. Весь город обошел -- нигде нету.

-- А что с ней?

-- Радикулит, гад такой.

-- Нет у меня таких знакомых. Может, у Игната?..

-- Он скоро приедет?

-- А он не уезжал никуда.

-- Как?.. А мне мать написала...

-- Они хотели ехать... в Болгарию, кажется, а потом отме-нили. Он там сейчас -- в цирке.

-- Я тогда пойду к нему. -- Максим встал.

-- Ты что-то не заходишь к нам?..

-- Да все некогда... Ну, пока.

-- Господи, Максим!.. Я совсем забыла сказать: мы же за-втра домой едем. Туда -- к вам.

-- Да?

-- Конечно.

Максим долго стоял в дверях, смотрел на Тамару.