В кузнечном сарае горел огонь в горне, там работал старик кузнец с подручной девушкой, справляя весь железный инвентарь, изношенный за лето, к будущему севу. Невестка кузнеца, не ожидая зимнего пути, без спеха повезла на телеге навоз на колхозный огород. Мерин Отсталый поглядел в сторону Василия Ефремовича и повез телегу с навозом дальше. Счетовод Груня шла с большой счетной книгой в общественный амбар, считая в уме, что кому положено получить, что кто переполучил, а что кто недополучил, и какие фонды уже засыпаны, а какие неготовы или неправильно назначены.

-- Я привык жить в колхозе и по матери боюсь соскучиться, -- произнес Хромов в ответ Василию Ефремовичу и застеснялся чего-то.

Конюх осудил подростка:

-- Соскучиться боишься! Так скука же либо тоска и прочее-- это упадовничество! Ты против закона, значит: ага, твоя фигура нам понятна!

-- Нет, дядя Вася, у меня мать хворая... Боюсь -- я уйду, а она помрет одна без меня...

-- Врешь! Кругом колхоз, свои люди, не дали б ей помереть!.. А так что же получается: нам великие люди нужны, а ты мелким хочешь прожить, чтоб и могилы твоей никто не нашел! Как тебя назвать -- в стороне от схватки, что ль?

Хромов опять начал тесать бревнышко для колодезного венца.

-- Я, дядя Вася, великим человеком не буду, я не умею...

-- Врешь! -- отвергнул эти слова конюх. -- Ты сколько классов кончил?

-- Семилетку в Шаталовке, -- сказал Хромов. -- Все семь классов кончил прошедшей весной.

-- Ну вот! Тебе самый раз теперь учиться выше, чтоб познать все темные тайны и совершить подвиг во вселенной!.. Сколько наших ребят вон уехали, -теперь, гляди, пройдет год, полтора, два, и они будут каждый на великом деле, на глазах всего человечества -- кто летчик, кто артист, кто по науке, кто по прочей высшей части!.. А ты кто будешь? Замрешь здесь, как черенок в плетне! Кто про тебя сказку расскажет, либо песню над гробом споет?