Г-н Клюбер прибавил, что почтет себя счастливым, если с своей стороны будет в состоянии сделать что-нибудь приятное г-ну иностранцу. Санин отвечал, не без некоторого труда, тоже по-немецки, что он очень рад... что услуга его была маловажная... и попросил своих гостей присесть. Герр Клюбер поблагодарил - и, мгновенно раскинув фалды фрака, опустился на стул,- но опустился так легко и держался на нем так непрочно, что нельзя было не понять: "Человек этот сел из вежливости - и сейчас опять вспорхнет!" И действительно, он немедленно вспорхнул и, стыдливо переступив два раза ногами, словно танцуя, объявил, что, к сожалению, не может долее остаться, ибо спешит в свой магазин - дела прежде всего!- но так как завтра воскресенье, то он, с согласия фрау Леноре и фрейлейн Джеммы, устроил увеселительную прогулку в Соден, на которую честь имеет пригласить г-на иностранца, и питает надежду, что он не откажется украсить ее своим присутствием. Санин не отказался ее украсить - и герр Клюбер отрекомендовался вторично и ушел, приятно мелькая панталонами нежнейшего горохового цвета и столь же приятно поскрипывая подошвами наиновейших сапогов.

/v 106

IX

Эмиль, который продолжал стоять лицом к окну даже после приглашения Санина "присесть",cделал налево кругом, как только будущий его родственник вышел, и, ужимаясь по-ребячески и краснея, спросил Санина, может ли он еще немного у него остаться. "Мне сегодня гораздо лучше,- прибавил он,- но доктор запретил мне работать".

- Оставайтесь! Вы мне нисколько не мешаете,- воскликнул немедленно Санин,который, как всякий истый русский, рад был ухватиться за первый попавшийся предлог,лишь бы не быть самому поставлену в необходимость что-нибудь делать.