Как бы невзначай открыл пару ящиков стола старшего кладовщика. В них было пусто. Перерыл все ящики, стеллажи, шкафы. Кое-где лишь попадались обрывки древних отчетов и подобная никому на свете не нужная макулатура, в основном же запустение царило в бывшей складской конторе. И вот тогда-то Никита и понял, что теперь -- действительно, все. Конец света. В дальнем правом углу остались еще два неисследованных громадных шкафа, но он махнул рукой -- что там могло быть, кроме как ничего? Он повалился на свою раскладушку, закрыл лицо руками. Как дальше жить, что делать? Мир-то рухнул! До середины ночи Никита скрипел ржавыми пружинами, думая единственную эту мысль. Под утро, измучив самого себя донельзя, он заснул. Снились ему в ту ночь исключительно одни кошмары. А проснулся вместо Никиты немного другой человек. Этот человек здраво рассудил, что, как бы там ни было, а жизнь должна продолжаться по заранее согласованной с кем-то (неважно, с кем) схеме. И потому надо вести себя так, словно ничего не произошло. А что? Заняться есть чем, жить есть где... А что касается еды и, как следствие, денег, -- так что ж, на этом огромном заводе еще немало разных железяк, пимпочек, кувыкалок и прочей ветоши, которые можно свинтить и загнать в пункте приема металлолома или просто на барахолке в Заречье. На самый распоследний случай следует оставить пятизарядную мелкокалиберную винтовку, доставшуюся по наследству от предыдущего сторожа. Подумав об этом, Никита осознал себя не то, что богачом, а даже супермиллиардером типа Ротшильдов или Гейтсов. И потому он умылся, тщательно побрился, перекусил парой бутербродов с сухой колбасой, заглотил стакан чаю, и отправился на работу.

В первой половине дня никто не предпринимал попыток проникнуть на территорию завода, и маявшийся от безделья Никита решил починить радиотранслятор. Как чинятся подобные приборы, он не имел ни малейшего представления, но, между тем, транслятор заработал и сразу же после подключения к радиоточке принялся бодро врать о невероятном подъеме в экономике, фантастическом взлете производства и прочих абсолютно нереальных вещах.