Сионисты-социалисты поспешили использовать это трагическое событие в политическом споре. Английская охранка искуссно использовала этот случай для усиления враждебности между евреями в Палестине. Были арестованы трое, все -- ревизионисты. Несмотря на то, что суд оправдал подозреваемых, навет привел еврейское население Палестины на грань гражданской войны. В странах рассеяния атмосфера стала напряженной, и враждебность между различными сионистскими группировками усилилась.

Чтобы избежать гражданской войны, Жаботинский обратился в исполком Всеобщей профсоюзной организации (Гистадрут) с предложением нормализовать отношения с ревизионистами. Переговоры Жаботинского с Бен-Гурионом по этому вопросу велись очень долго, и было достигнуто совместное соглашение. Ревизионисты соглашение утвердили, но Гистадрут плебисцитом отклонил его. Тогда стало ясно, что нет никакой возможности нормализовать отношения между ревизионистами и остальными сионистскими партиями. И в апреле 1935 г. правление Всемирного союза сионистов-ревизионистов приняло, по предложению Жаботинского, решение о создании Новой сионистской организации.

Ее первый съезд состоялся в Вене в сентябре 1935 года с участием 350 делегатов, избранных 713 тысячами избирателей в 32 странах.

В феврале 1937 года Жаботинский выступил перед Королевской комиссией, возглавляемой лордом Пилем. Его выступление вошло в классику сионистского идеологического обоснования. Решение комиссии -- предложение о разделе Палестины. 20-й сионистский конгресс в Цюрихе принял это предложение Королевской комиссии, Жаботинский и Новая сионистская организация категорически отвергли раздел.

Основной проблемой Жаботинский считал ликвидацию еврейского рассеяния, то есть массовую репатриацию. Уже в 1936 года Жаботинский предупреждал, что еврейство восточной Европы теряет свои экономические и культурные позиции одну за другой, и если еврейство не ликвидирует рассеяние, то в рассеянии будет ликвидировано еврейство.