Но не так все просто. Серега с вечера спрятал в туалете двухсотграммовый флакончик со спиртом. Взял он его с собой лицо протирать, чтобы прыщики от воздержания не беспокоили. Но решил использовать для опохмелки. Опохмелился, запил водичкой, присел на унитаз, и заснул. Не выспался человек по дороге, два раза с третьей полки падал!
Проводник туалет закрыл, мы вышли, а поезд со спящим Сережей пошел дальше.
Через полчаса Петров проснулся, бодрый и веселый. Умылся до пояса, допил спирт, и в одних трусах вышел из сортира.
- А где народ-то? - Спросил у озабоченного проводника.
- Вышли все, минут сорок назад. А ты где был?
Рывок стоп-крана, прыжок из вагона посреди глухой тайги, и вот уже Серега трусит по шпалам в противоположную от поезда сторону! Потом он, рассказывал, запрыгнул на товарняк. Прямо в тепловоз. Машинисты его пивом угостили.
Вот что мне нравится в настоящих боевых офицерах - утром, с похмелья, они как огурчики малосольные! Наша хмурая медицинская команда стояла неровной шеренгой по два. А бодрый полковник с майорами, делали перекличку. Через час путаных выкриков обнаружилась пропажа. Нет Сереги! Вещи есть, а его нет.
- Появился первый дезертир! - Зловеще прошипел полковник. Но тут его опытные ноздри затрепетали. Через минуту даже мы, салаги, почувствовали доносимый ветром аромат свежей смеси спирта и пива.
- Сын офицера не может быть дезертиром! - Уверенно опроверг сам себя зав кафедрой. Берите пример, курсанты! Боец из любой ситуации должен найти выход. Серега, как был, в трусах и туфлях на босу ногу, заслышав эти слова, перешел на строевой шаг.
- Курсант Петров по вашему приказанию прибыл! - Наше троекратное ура было ему наградой. Теперь все стали звать его не "Пушкин", как все пять лет, а "боец Пушкин", или просто - "боец".
Происхождение клички Пушкин тоже любопытно. Серега вообще мог засыпать в любом положении.