Из пятидесяти человек назначали двух поваров, двух бегунов, и двух врачей - анестезиологов. Впрочем, люди на этих должностях постоянно менялись. Повара готовили суп-пюре: немыслимое варево, верхняя, жидкая часть которого считалась первым блюдом, нижняя, густая - вторым. Бегуны постоянно курсировали между лагерем и ближайшим винным магазином, пополняя запасы горючего. Но самые ответственные дежурства были у врачей - анестезиологов. Они должны были следить за состоянием здоровья полковника! Чтобы он не мешал отдыхать. Как только он просыпался, ему тут же наливали полстакана водки, и вновь погружали в освежающий сон. Тут нужно было строго следить, чтобы не превысить предельно-допустимую суточную дозу пойла (что-то около трех литров)! Нужно было не забыть, и дать несколько раз полкану закусить. Следить за функцией почек и кишечника. Чтобы шеф кафедры не обмочился и не накакал в штаны. Его офицерская форма в дальнейшем требовалась для дела. Работа сложная, ответственная, чисто врачебная. Обычно его старались раздеть и уложить на "холерную" кровать, которую специально брали в госпитале. Это такая кровать с дыркой в районе зада, под которую подставляется ведро. Но иногда полковник упрямился, и желал пить только при полном параде. Тогда приходилось быть внимательными.
Остальные курсанты убивали время, кто как хотел. Два майора им не мешали. Их полкан еще на кафедре задолбал, заставляя травить кошек и собак боевыми отравляющими веществами. У них, на кафедре токсикологии, базирующейся в виварии, имелись герметичные стеклянные клетки. В них засовывали кошечку или собаку, и полковник, мерзко хихикая, выдавал какому-либо из майоров ампулу с фосгеном, или подобной гадостью. Тот раздавливал ее в специальном устройстве, соединенном с клеткой, и группа студентов могла лицезреть смертельные мучения несчастных животных. Удивляюсь, как в состоянии постоянного алкогольного опьянения вояки не потравили ни разу своих студентов!
Майоры вместе с нами ловили рыбу, собирали грибы, ягоды, загорали, купались, играли в футбол.