– Нет, не помню, – признался я. – Сдается мне, это не папина сказка. Какая-то она глупая. Думаю, ты сама ее сочинила.

Марисса считает, что она придумывает истории не хуже папы. Но это она так считает. А по-моему, у нее получается полный бред и чепуха.

Где это видано, чтобы собака смеялась?

Марисса подошла поближе. Я весь дрожал. В лесу действительно было холодно. И сыро. А я был в одной пижаме и босиком.

– Если пес дикий, он может и укусить, – предупредила Марисса.

– А по-моему, он добрый и вовсе не дикий, – упрямо повторил я и снова погладил пса по голове.

Когда моя рука скользнула по его шее, я ощутил что-то твердое.

Сначала я подумал, что это еще одна веточка запуталась в его густой белой шерсти. И собрался было убрать ее…

Но оказалось, что это не веточка, а ошейник. Толстый кожаный ошейник.

– Он точно не дикий, – сказал я сестре. – У него ошейник. Значит, он чей-то.

– Должно быть, он убежал и потерялся. – Марисса, совсем осмелев, опустилась на колени рядом с псом. – Наверно, хозяин ищет его по всему лесу.

– Может быть, – согласился я и легонько потянул за ошейник.

Пес повернул голову и лизнул мне руку.

– Там есть какой-нибудь жетон с адресом? – поинтересовалась Марисса.

– Сейчас гляну, – отозвался я. – Вроде бы нет… Ух ты! За ошейник что-то заткнуто.

Я вытащил из-под ошейника сложенный листок бумаги.

Я развернул его. На листке было что-то написано, но в бледном свете луны разобрать буквы оказалось делом нелегким.