Мартин озадаченно наморщил лоб и даже отставил свой кусок торта, который немедленно стащил маленький Гонфлет.

— Послушайте, хватит ходить вокруг да около! Говорите прямо: куда я должен идти?

Тримп больше не могла хранить эту тайну. Она выпалила:

— В то самое место, о котором вы мечтали и куда ваш отец Льюк Воитель поклялся однажды вернуться. На Северный Берег, где вы родились!

Мартин растерянно моргал и озирался по сторонам. Его лапы, казалось, шевелились сами по себе, рассеянно потирая друг друга.

— Но… Но… Как же аббатство? Я еще не все доделал, не всем распорядился, не заготовил провизии в дорогу, да еще куча дел не сделана!..

Тут заговорила Коломбина. Вытерев меч, испачканный в креме и бисквите, уголком фартука, она отдала его Мартину, села рядом и сказала:

— Не беспокойся, Воитель. Мы сегодня все обдумали и обо всем позаботились. Запасли провизию в дорогу, ведь у вас целое лето впереди. Командор и Белла проследят за строительными работами, а я позабочусь об аббатисе. Тебе не о чем беспокоиться. За все, что ты сделал для Рэдволла и его обитателей, можем мы, по крайней мере, отпустить тебя на твою родину, туда, куда так рвется твое сердце.

Мартин благодарно сжал лапку Коломбины:

— Спасибо! Спасибо вам всем! Что я еще могу сказать…

Неугомонный Гонфф хлопнул его по спине:

— Проще простого, приятель: ты можешь либо сказать «Нет» и продолжать ходить с физиономией мрачнее тучи, пока не разразится гроза и стены аббатства не рухнут на нас, либо «Да» и еще добавить: «Когда мы выступаем?»

Впервые за много дней Мартин Воитель рассмеялся. Он шутливо ткнул Гонффа в живот:

— Так когда мы выступаем?

Динни не заметил, как Малютка Гонфлет стянул у него кусок торта, потому что как раз в этот момент крепко пожимал лапу Мартина своей дюжей лапищей землекопа.

— Завтра на рассвете, приятель. С первым лучом солнца.