— Карамель? Она сказала: карамель?
Рядом с Беллой, утопая в подушках, закутанная в теплую шаль, сидела самая крошечная, хрупкая и древняя мышь, какую Тримп когда-либо приходилось видеть. А некто, обосновавшийся по другую лапу от барсучихи, наклонился к старушке и громко сказал:
— Из Северных Земель, аббатиса Термина. Наша гостья проделала долгий путь из Северных Земель!
Он с улыбкой повернулся к Тримп:
— Как хорошо, что такая славная гостья украсит собой наше застолье в первый день лета! Меня зовут Мартин.
Гонфф, сидевший поблизости с женой и сынишкой, подмигнул Тримп и сказал:
— Да уж, к столу он никогда не опоздает! Мартин улыбнулся своему другу и ближайшему помощнику:
— Ха! Кто бы говорил! Ты самый большой обжора из всех, кто когда-нибудь брал ложку!
Гонфф с видом оскорбленной невинности ударил себя в грудь:
— Кто? Я? Да я почти не притрагиваюсь к еде, приятель. С меня довольно стакана воды и куска хлеба!
Его жена, Коломбина, состроила удивленную гримаску:
— Увы! Значит, это птицы съедают все пирожки и булочки, которые я не устаю печь. Как ты думаешь, Гонфлет?
Малютка Гонфлет залился счастливым смехом:
— Это мы с папой! Ты ставишь пироги на подоконник, а мы их клюем. Ням-ням!
Гонфф закрыл малышу рот лапой посреди всеобщего хохота:
— Это всё он, Коломбина! Это он сбивает меня с пути истинного!
Тримп заняла свое место среди счастливых обитателей Рэдволла. Старая аббатиса Термина подождала, пока Белла наведет порядок, постучав ложкой по тарелке. Все склонили головы, и старая мышь дрожащим голосом произнесла: