ВИКТОРИЯ. Было или нет?

КАМАЕВ. Могло быть... Могло и не быть...

ВИКТОРИЯ. Ну!.. Последний раз спрашиваю.

КАМАЕВ. Скорей всего, что не было. По-моему, не было. (Анне Тимофеевне, внушительно.) Не было.

АННА ТИМОФЕЕВНА. Хорошо, милая... Мы вам верим.

ВИКТОРИЯ. А теперь возьмите назад все свои обзывательства. Ну!

АННА ТИМОФЕЕВНА. Но, дорогая моя, нельзя же так... Ты пользуешься моментом...

ВИКТОРИЯ. Вы берете свои слова обратно или нет?

КАМАЕВ. Я - всегда пожалуйста, но, по-моему, лично я не сказал ничего лишнего. Я вообще всегда выбираю выражения.

ВИКТОРИЯ. Извинись!

КАМАЕВ. Хорошо. Я извиняюсь.

ВИКТОРИЯ (Анне Тимофеевне). Ну!

БАОХИН. Аня, извинись, я тебя очень прошу.

КАМАЕВ (внушительно). Извинитесь.

АННА ТИМОФЕЕВНА. Хорошо. Я беру свои слова обратно.

ВИКТОРИЯ. Вот так. (Проходит в комнату.) И чтобы в своей квартире я не слыхала больше ни одного грубого слова.

КАМАЕВ. Было или не было...

ВИКТОРИЯ. Что?

КАМАЕВ. Не было, не было! Но сейчас дело не в этом. Неужели вы не представляете себе, что будет, если хоть кто-нибудь что-нибудь узнает. Было или не было - об этом и разговору не будет, и никаких сомнений, уж будьте спокойны. (Анне Тимофеевне). Подойдите, пожалуйста, к окошку и присмотрите там за скорой помощью. (Продолжает). Что будет! Ну! Такой скандал, что вы себе даже не воображаете. (Виктории.) Закрой, пожалуйста, дверь на ключ, вдруг кто зайдет. (Продолжает.) Вся область, да что область, сейчас - раз, раз, да еще, чего доброго, и на Запад попадет...

АННА ТИМОФЕЕВНА. Какой ужас!

КАМАЕВ. А там в газетах напишут и по радио передадут с острова Окинава. Они там такие дела ой как любят. Вы их хлебом не кормите, а дайте что-нибудь такое, сексуальное. (Виктории.) Я прошу прощения. (Баохину.) Тогда уж вы на весь Союз загремите...

Баохин стонет.

Я по опыту знаю. Я разных людей возил, и маленьких, и больших...