ВИКТОРИЯ. И вы не были у него...

БАОХИН (перебивает). Вот я к нему и пришел. Пришел и, как видите, жду его терпеливо... А что это вы все удивляетесь?

ВИКТОРИЯ. Да нет, я ничего. Так... Странно все-таки.

БАОХИН. А что тут странного? Ничего странного тут нет. Все идет своим чередом, все течет, все меняется... Жили-были, трудились вместе, друг без друга никуда - были лучшими друзьями, а пришло время и - прости, товарищ. У каждого своя дорога. Он - на службу, я - в институт, и пошло: он туда, я обратно. А там война. Он на Черном, я на Белом. Дальше - больше. Он шкипер, я капитан, меня в управление, его - на Дальнюю речку. Разные судьбы... И заботы разные. И интересы другие... А за последние годы, я знаю, его интересы весьма и весьма сузились. Я имею в виду пьянство... Я понимаю, в войну он семью потерял, но ведь в войну многие пострадали - нельзя же так... Другие, например, вернулись, отдали себя мирному труду, росли, продвигались и ничего - пережили...

Пауза.

ВИКТОРИЯ. А вы кем сейчас работаете, если не секрет?

БАОХИН. Кем работаю?.. Хм. Ну кем вы думаете?.. Послушайте, нельзя ли открыть окно?

ВИКТОРИЯ. Пожалуйста! (Открыла окно.)

БАОХИН. Благодарю, а то вроде бы как душно... Вам не душно?

ВИКТОРИЯ. Не-е. А знаете, я вас, кажется, где-то видела.

БАОХИН. Ну что ж, это вполне возможно.

ВИКТОРИЯ. А как ваша фамилия?

БАОХИН. Фамилия?.. Ну что ж. Баохин моя фамилия.

ВИКТОРИЯ. А-а! Знаю! Вы начальник пароходства. Точно?

БАОХИН. Ну что ж. Не отпираюсь.

Небольшая пауза. Крик ворон.

Что это они так расшумелись?.. Готов спорить, что раньше ворон здесь было меньше. Раз в десять.

ВИКТОРИЯ. Ну, значит, расплодились. Да еще, наверное, те живые, старики. Говорят, вороны живут по двести лет.

БАОХИН. Подвести лет?.. Безобразие.

ВИКТОРИЯ. Они, наверное, очень умные, как вы думаете?.. А вот, извините, конечно, товарищ Баохин, за любопытство, но интересно очень, сколько вы зарабатываете?