Радостно журчащая вода заполняет сцену, оркестровую яму и зрительный зал. Герметично закрытые двери усиливают эффект потопа.

Балетная группа прощается со зрителем и на шлюпках покидает здание театра.

Естественно, никакой надежды на постановку нашего балета в Большом театре ни тогда, ни сейчас у нас не было.

Итак, захожу я в подвал. Сидят четыре добрых мужика, приблизительно моего возраста, только слесари, и беседуют за жизнь; никакой политики, никакого кривляния, все по делу, и самое главное ни капли лицемерия. На верстаке бутылка русской водки и несколько мелких яблок, которые Серафим гостеприимно ножовкой по металлу разрезал пополам.

Не пойму, в чем заключается причина того, что простые люди чаще бывают счастливы и спокойны? По-видимому в том, что у них нет ложных фантастических удовлетворений, духовных опьянений и разочарований: их духовная жизнь течет равномерно и правильно. Верно говорят, что если вы обеспечены достаточным количеством пресной воды и пищи, то ни на что не должны жаловаться.

Так незаметно пролетело время, что просидел я у них около часа. Вспомнили конечно и о нашем первом знакомстве в 1975 году: Серафим в лицах подробно рассказал новым слесарям, как они с Васей, из-за моей жадности, затопили три этажа нашего подъезда. Естественно, о гениальном рок-балете я умолчал.

- Вазгеныч, не горюй! Включили тебе свет!

Посиди еще немного, куда тебе торопиться?

Чуть расслабившись, я проговорился, что сегодня именинник.

- Ну поздравляю, тем более надо еще по рюмке за здоровье!

Пришлось мне сбегать в магазин за бутылкой.

Конечно же я мог бы вырваться пораньше, но поймал себя на том, что мне здесь уютно и тепло, мне было радостно и интересно. Я не мог себя заставить встать и уйти на свой грустный праздник.

Ликования и крики, иллюминация и сладкие тосты на юбилее - все это лишь символ радости, а самой радости, к сожалению там не было: только она одна не участвовала в празднестве. Она обычно появляется без приглашения и церемоний, украдкой, среди самой повседневной обстановки.