Как смеялись сразу всё понявшие русские чиновники после февральской революции. Стали интеллигентские гении работать "по 16 часов в сутки". Не так, дурачок монгольский. Утром встань. сделай гимнастику, прими душ. Потом лёгкий завтрак, кофеёк, утренняя газета. Затем в департамент работать. Тоже без ударных взвизгов. И пообедать, и сигару выкурить, и в уборную сходить. На работе не засиживайся. Вечером хорошо почитать художественную литературу, а то и сходить в театр отдохнуть. Татарский замарашка за первый день даст 300% "плановой работы", а европеец 100%. Во второй-пятый татарин - 150%, а европеец - 100%. В шестой-десятый татарин - 100% и европеец - 100%. В одинадцатый-двадцатый татарин даст 75% , а европеец 100%. В двадцатьпервый-сороковой татарин - 50% и нервное истощение, а европеец - 100% и хорошее настроение. На пятидесятый татарин - 25% и инфаркт миокарда, а европеец - 100% и венок на могилу азиатскому "гению". Так в Эсесере и кувыркались аж до 1953 года, пока не приняли наконец закон "о нормализации рабочего дня". Не прошло и сорока лет, да попутно несколько десятков миллионов соотечественников в гроб уложили.
Солженицын обвиняет русских в отсутствии ударного, окончательного решения еврейского вопроса. Нет, у евреев были века истории, и у русской администрации тоже были не "всенародно избранные гаранты", а века. По правопреемственности с римской-то империей не поменьше опыта. Кофеёк, газетка, департамент, кофеёк, газетка, департамент. А ну-тка ПОСПОРЬ. Людей-то нет, есть СИСТЕМА. СИСТЕМА сожрёт всё. Анонимно, так что и мстить некому. И никакие арабские "шариаты" и "шулхан-арухи" здесь не помогут.
Так же пилили РУССКО-НЕМЕЦКИЕ дворяне и другие народы. И споткнулись не на финнах, поляках или евреях, споткнулись на основном колониальном народе русских.
Солженицын много пишет в своём исследовании о неудаче еврейской земледельческой колонизации, когда на протяжении десятилетий царское правительство делало всё мыслимое и немыслимое, чтобы приучить евреев к производительному труду, а евреи предпринимали не менее героические усилия чтобы никогда и ни при каких условиях не жить в нижних девяноста шести процентах социальной пирамиды.