Сорен молча смотрел на друга.

«Может быть, стоит рассказать ему про скрумов и про Металлический Клюв? Проще всего быть честным, но…»

— Да, Копуша, меня кое-что беспокоит, но я пока не могу ничего тебе рассказать. Ты ведь понимаешь?

Копуша снова мигнул.

— Конечно, Сорен. Расскажешь, когда будешь готов, — тихо проговорил он. — Не нужно торопиться.

— Спасибо тебе, Копуша. Ты и сам не знаешь, как это важно для меня.

Сорен встал, закрыл книгу и направился к полкам, чтобы убрать ее на место. Шкаф находился как раз возле пустующего стола Эзилриба, где в былые времена старый наставник целыми днями просиживал над фолиантами, рассеянно склевывая сушеных гусениц из насыпанной на стол кучки.

Без Эзилриба библиотека словно опустела. И вообще, все стало другим без него. Сорен сунул книгу на место, но когда поворачивался, чтобы уйти, взгляд его случайно упал на толстый том о металлах. Металлы! Почему же он раньше об этом не подумал? Надо сходить к кузнецу Бубо! Пусть он пока не готов поделиться с Копушей, но ничто не мешает ему посоветоваться с Бубо — хотя бы по поводу Металлического Клюва.

Сорен, кружась, вылетел из Великого Древа, опустился ниже и полетел к скале, где в неглубокой пещере находилась кузница Бубо.

Кузнечный горн был устроен прямо перед входом, поэтому каменная скала почернела от многолетней копоти. Именно сюда угленосы приносили живые угли с лесных пожаров, а Бубо топил ими свой горн и плавил металлы, необходимые для изготовления различной утвари и вооружения — от кастрюль со сковородками до боевых когтей и щитов. Если кто-то и мог объяснить Сорену, о каком металлическом клюве пытались предупредить его тихие голоса скрумов, это был только Бубо. Подлетев ближе, Сорен увидел погасший горн и понял, что старый филин, скорее всего, у себя в пещере.