Однако дворовая собака Верещагина тоже не сидела с убытками - она начала отрывать от омертвелых лошадей задние куски, так что лошади пытались шагать от боли, и таскала мясные куски по чужим дворам, чтобы прятать. Собаку крестьяне заметили, и вскоре сельсовет во всем составе, во главе с Кондровым, пришел к Верещагину, чтобы обнаружить у него склад говядины. Склада сельсовет никакого не нашел, а ночью прибежала во двор Верещагиных целая стая чужих собак, и, присев, эти дворовые животные стали выть.

На другой день левый бедняцкий сосед Верещагина перелез через плетень и увидел трех изодранных собаками умирающих лошадей.

Верещагин тоже не спал, а думал. Он уже с утра пошел взять справку о трех своих павших лошадях, которых он купил, дескать, лишь для того, чтобы отдать в организующуюся лошадиную колонну, но вышла одна божья воля. Кондров поглядел на Верещагина и сказал:

- Не пройдет, Верещагин, твое мероприятие, мы от собак обо всем твоем способе жизни узнали. Иди в чулан пока, а мы будем заседать про твою судьбу: сегодня газета "Беднота" пришла, там написано про тебя и про всех таковых личностей.

- Почта у нас работает никуда, товарищ председатель, - сказал Верещагин. - Я ведь думал, что теперь машины пойдут, а лошадь - вредное существо, оттого я и не лечил такую отсталую скотину.

- Ага, ты умней всего государства думал, - произнес тогда Кондров. Ну ничего, ты теперь на ять попадешь под новый закон о сбережении скота.

- Пусть попадаю, - с хитростью смирился Верещагин. - Зато я за полную индустриализа-цию стоял, а лошадь есть животное-оппортун!

- Вот именно! - воскликнул в то время Кондров. - Оппортун всегда кричит "за", когда от него чашку со щами отодвинут! Иди в чулан и жди нашего суждения, пока у меня нервы держатся, враг всего человечества!

Через месяц или два Верещагина и аналогичного Ревушкина бывшие ихние батраки - Серега, смазчик и другие - прогнали пешим ходом в район и там оставили навеки.