Саратов - Уфа.

Дорога ландышей и соловьев. Соловьи не боятся поезда. Они звучат всю ночь. Терпкое, стеклянное щелканье булькает в глиняном горлышке ночи. Ночь до краев наполнена ледяной росой.

Дети продают на станциях ландыши. Всюду пахнет ландышами.

Телеграфный столб плывет тоненькой веточкой ландыша.

Маленькая луна белеет в зеленом небе горошиной ландыша.

Мы пересекаем Урал. Слева - лес, справа - откос. Откос в кустарнике.

Слева - купе, справа - коридор. Это - международный. Зеленые каракули несутся в окнах коридора.

Пассажиры выскакивают в коридор. В подошвы бьет линолеум. Пол пружинит, как трамплин.

В каждом окне - силуэт.

Пассажиры оторвались от дел. Дела были разные. Американцы играли в покер. Немец перекладывал масло из бумажки в жестянку из-под какао. Советский инженер близоруко склонился над чертежами. Корреспондент "Экономической жизни", поэт, читал стенограмму:

"В истории государств, в истории стран, в истории армий бывали случаи, когда имелись все возможности для успеха, для победы, но они, эти возможности, оставались втуне, так как руководители не замечали этих возможностей, не умели воспользоваться ими, и армии терпели поражение.

Есть ли у нас все возможности, необходимые для выполнения контрольных цифр

на 1931 год?

Да, такие возможности у нас имеются.

В чем состоят эти возможности, что требуется для того, чтобы эти возможности существовали в реальности?

Прежде всего требуются достаточные природные богатства в стране: железная руда, уголь, нефть, хлеб, хлопок..."

Поэт ногтем подчеркнул железную руду.

"Есть ли они у нас? Есть. Есть больше, чем в любой другой стране. Взять хотя бы Урал, который представляет такую комбинацию богатств, какой нельзя найти ни в одной стране. Руда, уголь, нефть, хлеб - чего только нет на Урале!.."

Мы пересекаем Урал.

Мелькая в окнах слева направо, пролетает, крутясь, обелиск "Европа Азия".