- Станем разрабатывать "Кодекс поведения людей, желающих выжить" или программу для начинающих... ах, это все так, несерьезно... что гадать скоро узнаем.

Дана послала красавице милую улыбку. Ни к чему не обязывающий короткий разговор закончился. Как просто - продемонстрируй приветливость и... форма соблюдена, контакт установлен, стороны довольны.

На Дунином открытом, высоком и - да, да, умном! - лбу Дана усмотрела розовый прыщик, довольный своим быстрым созреванием. И, забыв про самоконтроль, с удовольствием позлорадствовала.

За бледно-желтым овальным столом быстро установилась полуприятельская атмосфера - с близостью всех ко всем и необходимым дистанцированием. Сотрудники, свободные от комплексов и неразрешимых проблем, излучали непрошибаемую уверенность в успехе пока неведомого им дела.

Шеф - среднего роста и возраста, уютный, живот без проблем умещался в обтянутых джинсах - сидел на неказистом потертом стуле, никогда не бывшем прозрачным и без намека на антикварность. Поигрывал то авторучкой, то карандашом, иногда стаскивал с носа очки и начинал крутить их, задевая при этом свои объемные уши. Но не забывал и про главное занятие - молча наблюдать.

Сотрудники уходили и снова появлялись, ели, пили, делали все, что взбредало в их головы, не понимавшие всей взаимосвязи шефовых действий. Предложенная программа ничегонеделания не обсуждалась, никто не выказывал удивления. Быть готовым ко всему, раскованно реагировать на неожиданные повороты - эта способность проверялась при отборе кандидатов в рабочую группу.

В два часа шеф поднялся со своего неказистого потертого стула и впервые нарушил обет молчания:

- Все должны будут собраться за овальным столом для совместного кофе-чаепития - в три, просьба без опозданий.

Народ оживленно среагировал на лаконичное заявление шефа. Тут же родилась новая тема для разговора - кто с чем, как часто и в какое время пьет перечисленные напитки.