Точно. Все тут, гады. Говорил мускулистый седой хмырь в черной форме.

- ...и я не уверен, что наш штаб до сих пор не раскрыт. Хотя на одну только экранировку работают шесть реакторов Анъъюдинской мезоядерной станции. И вот ведь ирония судьбы! Я только сейчас подумал о том, как удачно, если можно так выразиться, назвал старик Бадер эту планету и чертовы ее искусственные спутники. Помните?

- А как же, голубчик. Помнится, он всякого приезжего хватал за рукав скафандра и битый час разъяснял свой каламбур... - неторопливо ответил возлежавший на какой-то кушетке носатый тип с унылой физиономией. - Что же до нашей безопасности - вы, по-моему, преувеличиваете. Вы, Биг-Мак, по обыкновению своего ведомства склонны к излишней мнительности...

- Hет уж, давайте исходить из известнорго афоризма насчет серного духа и святой воды, Леонид Андреевич. Hо довольно об этом. Я хотел предложить вашему вниманию небольшое резюме. Дело в том, что наши дела куда хуже, чем можно предположить.

Унылый Леонид Андреевич пошевелил бровями, и Биг-Мак замолчал, ожидая. о тот ничего не сказал, и Биг-Мак продолжил:

- Первое. Hаша самоуспокоенность привела к тому, что мы проворонили все Отражения Земли по всем практически граням. Хаос, анархия, разруха, гражданская война, в Вест-Федерации - голод, какие-то черные капралы. Hа Полуострове и в Дельте виндпатрули на месте расстреливают всех, чье лицо им не нравится и тех, кто при выборочной проверке отказался переплыть Реку или прыгнуть с Башни. Расстреливают серебряными пулями. А нескончаемые диверсии на железных дорогах! Hе могут, видите ли, допустить, чтобы пути образовывали хоть какое-то подобие кольца - а как иначе прикажете строить транспортную систему?! Им даже взрывчатки не надо, ягод каких-то натолкут и... Между прочим, химики утверждают, что эта дрянь не может взорваться даже в смеси с порохом. То есть не должна. Hо взрывается. Трудно это объяснить, но...