Но сейчас кок только озадаченно мигал. Надвигался шторм совсем иного рода! Над Супчиком, над всей командой прогремели слова: «Надо браться за дело!»
— А мы чем заняты? — спросил Васька, посасывая кость.
Плавали-Знаем посмотрел на него с негодованием и, помолчав, повернулся к экипажу:
— Итак, что прежде всего нужно для настоящей зимовки?
На минуту в столовой воцарилась такая тишина, что стало слышно, как за иллюминатором думают звёзды, а с острова донёсся собачий лай.
Васька закричал:
— Собаки! Нужны собаки! Какая без собак зимовка?!
Супчик хихикнул, но Плавали-Знаем, торжественно загнув мизинец, сказал:
— Правильно, у всех зимовщиков были собаки!
— А что с ними делать? — спросил Барьерчик.
— Что делать? — с усмешкой спросил Плавали-Знаем. Он уже почти летел на собачьей упряжке в нерпичьей шубе — как Амундсен!
А начальник училища, тоже воскликнувший:
«Что делать?!», услышал мелодию — звон упряжки, песню ветра и — шутить так шутить! — сказал:
— Меха нужны, полярные меха! Шубы, шапки, унты!
— Шубы, шапки, унты! — повторил Плавали-Знаем и загнул второй палец.
— Лёд! — подавшись вперёд, крикнул Уточка.
Плавали-Знаем с удивлением посмотрел на него. Но Уточка, задрав крепенький нос, объяснил:
— Настоящий лёд! Айсберги, глыбы, торосы! И Плавали-Знаем, оценив всю важность предложения, загнул третий палец.