Тот с радостью согласился. Тем более, что у него был и личный стимул для такой поездки: "фабрика грез" была уже достаточно им "распахана", а вот Европа еще нет. Сначала он дарил любовь женщинам в Париже, потом в Риме. В числе его жертв называли разные имена, даже имя графини ди Фрассо (она же Дороти Тейлор), которая тоже была не промах - она "коллекционировала" романы со знаменитыми актерами и даже гангстерами (например, с Багси Сигелом). Помимо амурных дел, Купер увлекался и другими, среди которых особо выделялись скачки. Будучи прекрасным наездником, он показывал чудеса виртуозного владения этим видом спорта. Был случай, когда актер поспорил с кавалерийскими офицерами, что проскачет несколько миль в гонке с препятствиями и победит. Так оно и вышло, причем о сложности состязания говорит хотя бы такой факт: к финишу живыми и невредимыми пришли только четверо из двенадцати всадников и одним из них был Гари Купер.

Между тем слухи об амурных подвигах Купера с самой графиней ди Фрассо достигли ушей боссов "Парамаунта" и те потребовали от актера немедленного возвращения в Голливуд. А он приказ проигнорировал. Тогда студия лишила его жалованья. Чтобы не доводить дело до очередного громкого скандала, Купер в 1932 году вернулся в Америку. Обитатели "фабрики грез" ожидали от него новых подвигов на любовном фронте и не ошиблись. Остановившись в Нью-Йорке, он быстро сошелся с известной бисексуалкой Таллулой Бэнкхед, и в прессе даже проскочила информация об их скорой помолвке. Но это была "утка". На самом деле Купер сделал предложение руки и сердца все той же мексиканской красотке Лупе Велес, но она дала ему от ворот поворот. Сказала, что он предал ее, пойдя на поводу у своих родителей, а предательство она не прощает.

После Нью-Йорка Купер отправился не в Голливуд, как ожидали, а в Африку. Причем его напарником в этой поездке стал известный гомосексуалист Джимми Донахью, который приходился кузеном наследницы компании "Вулворт".