- Охота тебе с ним вступать в пререкания? - обратился к нему с упреком Рыльский.

- Да ведь пристает...

- Ну и черт с ним. Человек мстительный, требовательный, только создашь такие отношения...

- Черт его знает, обидно стало: я, главное, знаю, чего ему хочется. Чтоб я сказал, что вот будем вращать до тех пор, пока вершина А совпадет с вершиной D...

Рыльский, Долба и Дарсье удивленно смотрели на Корнева.

- Если знал, зачем же ты не сказал?

- Да когда же я в этом смысла не вижу.

- Ну, уж это... - махнул рукой Рыльский и засмеялся.

Рассмеялся и Долба.

- Нет, ты уж того...

- Ну, какой смысл, объясни?! - вспыхнул Корнев.

- Да никакого, - сухо смерил его глазами Рыльский, - а экзамена не выдержишь...

- Ну и черт с ним...

- Разве, - проговорил пренебрежительно Рыльский.

- Я, собственно, совершенно согласен с Корневым, - вмешался Карташев, не все ли равно сказать: будем вращать или наложим.

- Ну, и говорите на здоровье. Станьте вот перед этой стенкой и пробивайте ее головой.

- Эка мудрец какой, подумаешь, - возразил Корнев, раздумчиво грызя ногти.

- Вот тебе и мудрец... Вечером у тебя?

- Приходите...

Дальше всех по одной и той же дороге было Семенову, Карташеву и Корневу.

Когда они дошли до перекрестка, с которого расходились дороги, Корнев обратился к Карташеву:

- Тебе ведь все равно: пойдем со мной.

Карташев обыкновенно ходил с Семеновым, но сегодня его тянуло к Корневу, и он, не смотря на Семенова, сказал:

- Хорошо.

- Идешь? - спросил отрывисто Семенов, протягивая руку, и сухо добавил: - Ну, прощай.

Карташев постарался сжать ему как можно сильнее руку, но Семенов, не взглянув на него, попрощался с Корневым и быстро пошел по улице, маршируя в своем долгополом пальто, выпячивая грудь и выпрямляясь, точно проглотил аршин.