Прилип.

Труба-то была недавно покрашена – он это заметил ещё тогда, когда лез.

А сейчас вот – прилип.

Да накрепко.

Подошла Лёлишна, спросила:

– Что делаешь?

– Ничего, – ответил Петька, – просто так.

– Слезай. Труба выкрашена.

– Зачем это я слезать буду, если мне здесь нравится?

– Вымажешься.

– Ну и что? Чего ты ко мне пристала?

Подошёл Виктор, спросил:

– Пара, ты что тут делаешь?

– Ничего, – ответил Петька, – просто так.

– По-моему, он прилип, – сказала Лёлишна, – но не сознаётся.

– Пара, ты прилип? – спросил Виктор.

– И чего вы ко мне пристали? – возмутился Петька. – Нельзя человеку на трубе посидеть.

– Ты, пожалуйста, сиди, – сказала Лёлишна, – сиди сколько тебе угодно. Но мне кажется, что ты прилип.

– Да, прилип, – гордо отозвался Петька, – а какое ваше дело? Что, нельзя человеку и прилипнуть?

– Можно, – насмешливо согласился Виктор. – А как отлипать будешь?

– Не знаю, – сказал Петька, – просто понятия не имею. Больно отлипать-то. Как начну руку тянуть… о-о-ой!

– По-моему, надо ждать, – задумчиво произнесла Лёлишна. – Он вроде бы как яблоко, а труба – это вроде как дерево. Вот и надо ждать, когда он оторвётся.

– Под силой собственной тяжести? – с трудом сдерживая смех, спросил Виктор.

– Как яблоко, – ответила Лёлишна.

– Я бы лучше вроде как арбуз был, – грустно сказал Петька, – или тыква. Лежал бы под силой собственной тяжести, а не висел. О-ё-ёй!

– ЧТО ТУТ ПРОИСХОДИТ? – раздался грозный голос, и ребята увидели в окне Сусанниного папу. – ЧТО ТЕБЕ ЗДЕСЬ НАДО?

– Ничего, – ответил Петька.

– ТОГДА УБИРАЙСЯ ОТСЮДА!

– Убирайся, убирайся, – пробормотал Петька. – А как? Вы что, не видите? Я прилип.

– МЕНЯ ЭТО НЕ ИНТЕРЕСУЕТ! – закричал Сусаннин папа.– ЕСЛИ ТЫ СЕЙЧАС ЖЕ НЕ УБЕРЁШЬСЯ, Я СБРОШУ ТЕБЯ!

– Нет, вы посмотрите на него, – сказал Петька ребятам. – Ему досталось от любимой доченьки, так он на мне злость срывает. А доченька у него тигра просит.