На страницах реакционных газет и журналов с новой силой началась кампания против автора "Ревизора" и "Мертвых душ". Даже "Выбранные места из переписки с друзьями" не могли примирить с ним реакцию. Для нее Гоголь остался ненавистным сатириком, обличителем, сокрушающим основы крепостнического строя.

В 1851 году за границей вышла брошюра А, И. Герцена "О развитии революционных идей в России". Она еще раз поставила вопрос о значении произведений Гоголя для судеб русского освободительного движения. Сурово осудив "Выбранные места", Герцен оценивал автора "Ревизора" и "Мертвых душ" как союзника передовых, демократических сил России, борющихся за социальное освобождение народа.

Книга Герцена привлекла к себе пристальное внимание царского правительства и вызвала усиление репрессий против гоголевского направления.

Когда в 1852 году не стало Гоголя, петербургские газеты и журналы не смогли достойным образом откликнуться на событие, которое потрясло всех честных людей России. Д. А. Оболенский рассказывает в своих воспоминаниях: "Цензорам объявлено было приказание -- строго цензуровать все, что пишется о Гоголе, и, наконец, объявлено было совершенное запрещение говорить о Гоголе... Наконец даже имя Гоголя опасались употреблять в печати и взамен его употребляли выражение: "известный писатель" (наст. изд., стр. 553). Тургенев жестоко поплатился за свое "Письмо из Петербурга", чудом проскочившее в "Московских ведомостях". Тургенева обвинили в том, что он осмелился возвеличить "лакейского писателя" и представить его смерть "как незаменимую утрату". В обстановке цензурного террора едва не пострадал даже М. П. Погодин. Когда в 5-й книжке "Москвитянина" за тот же 1852 год появилась его некрологическая заметка о Гоголе, глава московской цензуры Назимов указал Погодину на неуместность черной траурной каймы в некрологе, посвященном Гоголю 1.

Борьба против Гоголя и гоголевского направления в литературе стала черным знаменем всего реакционного лагеря.