Ночью каждый от себя уходит, Понимает, а к утру молчит. В поле грудь волнуется и дышит, Люди встали и глядят.

Мать до света белого качала Мальчика в корыте на полу. Домик крышей светится под небом, Мальчик мается, руками говорит.

Сны его несут далеко, Улыбаются и на руки берут. Мать другая грудь сосать давала, Много рук протянуты и ждут.

Он не знает, никому не скажет, Отчего и ночью так светло, Отчего во сне он говорит и любит, А днем немой и ненавидит.

В самый полдень, когда поле выгорало, Заметался мальчик и открыл глаза. Мать давно томится на работе, Чуть змеится время, долго до гудка...

Снова шепчет вечер, тихий и печальный, Серебряные струны в небесах поют. Подушка навалилась на лицо ребенка, Пух во рту горячий прожигает дух.

В дверь Волчок заскребся, Мухи ноют тише, за окном забор. Вышла у соседей на крыльцо невеста И одна запела.

Тянется не рвется тоненькая нитка, Капля бьет по капле, а полны века... Мальчик замирает, видит сон последний, Будто мать уходит, больше не придет.

Без конца заборы, темные дороги, Наверху просторно, тихо и светло. Села мать на камень, руки протянула И одна поет.

Умер мальчик. Белый, он светился ночью, Не в корыте он один заснул. На него в окно смотрели звезды, К свету мухи облепили весь живот.

ДОМОЙ

Утром трава просыпается, Дышат, шумят воробьи. Ты с человеком не встретишься Тут под навесом зари.

Долги дороги из камня, Жарок подножный песок, Глаз у звезды закрывается, Тянется солнце рукой.

Эти поля и дороги, Этот стонающий день, Жмется к тебе и тоскует Земная пустая душа.

Думаешь. Видишь далеко, Нет никого на пути -Странница богом согнута, Деревня, солома, плетни.

Тут я любил и родился, Братца таскал на руках, Землю большую увидел, Боялся, умрет моя мать

Летние дни улыбаются, Реки текут в серебре, В поле песок загорается, Мать дотемна не придет.