- Из всего того, что я о вас знаю, - говорил Лайон-старший, - я могу сделать вывод, что имею дело с человеком весьма разумным. Итак, вы хотите написать очерк обо мне, Лайоне-старшем, которого в Гарлеме никто не зовет иначе, как Бубновый Король. Положим, "Бубновый" можно отбросить. Это слово появилось уже потом, чтобы подчеркнуть мою феноменальную удачливость.
- Удачливость, на девяносто процентов обеспеченную тем, что нам всегда удавалось вовремя заткнуть рот газетам, - Чень выпил небольшую рюмку анисовой водки.
- Из практики своего отца вы, должно быть, знаете, что внутренняя механика любого бизнеса не выносит "паблисити", оторвавшись от своего напитка, проговорил Агриппа.
- Но вы же дали согласие на встречу со мной? - недоуменно протянул Раджан.
- Дал, - возразил Лайон-старший. - Потому что знал, с кем дело имею. Так вот "Бубновый" - бог с ним. Но "Король" вот в чем штука! Не единственный в Гарлеме, но, скажем так, один из трех. А знаете ли Вы, что значит быть королем в Гарлеме?
- Прежде всего это значит, - улыбнулся Чень, - что ты обо всех должен знать все, а о тебе никто ничего знать не должен.
- Но ведь ваш бизнес не просто страшный, - Раджан с вызовом посмотрел на Лайона-старшего. - Ваш бизнес чудовищный. И об этом надо не говорить, а кричать.
- Что вы знаете о моем бизнесе, чтобы выносить о нем такое категоричное суждение? - спросил Лайон-старший спокойно. Лишь на мгновение его глаза сузились. На одно мгновение.
- Он залетел по ошибке в "ясли", а потом на "лежбище", просипел Чень.