- Разве так можно? У него же барабанные перепонки лопнут!

- Не лопнут... - сердито косясь на соседа, пробурчал Семка, но на всякий случай сунул палец в ухо для детального обследования.

- А что это за таинственное число? - продолжал Николай Николаевич, с интересом следя за Семкиными манипуляциями. - Заклинание?

- Ага! - светло глянул в глаза учителю Аркадий. - Оно самое.

- Ну, ну... - усмехнулся Николай Николаевич и посоветовал Семке: Осторожней, Ольшевский. Палец сломаете.

- Не сломаю... - проворчал Семка, но палец из уха вынул.

- Итак... - обернулся к классу Николай Николаевич. - Задание на завтра следующее... - Он вдруг замолчал, досадливо морщась, подошел к окну, постоял там, затем решительно шагнул на кафедру и, стукнув костяшками пальцев по журналу, коротко сказал: - Завтра занятий не будет. Послезавтра тоже.

В классе загрохотали крышками парт, закричали "ура", полетели к потолку ранцы. Николай Николаевич молча ждал, когда стихнет этот неистовый взрыв восторга. Потом негромко сказал:

- Не думал, что это доставит вам столько радости. Дело в том, что мои уважаемые коллеги саботируют. В городе затруднения с деньгами, Советская власть молода, ей трудно. А господа преподаватели... - Николай Николаевич махнул рукой, пошел к двери.

И в тишине раздался вдруг уверенный голос Аркадия:

- Деньги будут.

Николай Николаевич остановился, коротко взглянул на него, кивнул головой:

- Не сомневаюсь. - И вышел.

А класс взорвался криками:

- Гляди, ребята, миллионщик!

- Он наследство получил!

- Дырку от бублика!

- Откуда про деньги знаешь?

- Он все знает! - вскочил на парту Федька Башмаков. - Он такой! У самого комиссара Чувырина на побегушках!

- Ну, Башмаков! - Аркадий рванулся к Федьке, но на его руке повис Семка Ольшевский.

- Пусти! - Аркадий пытался стряхнуть с себя цепкого Семку. - Пусти, говорю! Он у меня получит!