- Э-эх, - сказал он с горечью, - съела у меня голос река-матушка.

Микеша продолжал кричать, не останавливаясь для передышки...

- Идут, - сказал наконец Фрол.

Действительно, за отмелью мелькнули огни фонарей, и Микеша тоже смолк. И тотчас же со стороны реки, из-за горы, как бы в ответ на крик ямщика раздался такой же протяжный крик, только чудовищно громкий и глубокий. Мы невольно переглянулись и замерли, охваченные безотчетным испугом... Казалось - сказочное чудовище проснулось и завыло где-то неподалеку.

- Пароход, - сказал первым опомнившийся Фрол.

Вскоре в глубине темной ночи послышались частые гулкие удары, и на реку, сверкая огнями, выплыл пароход с двумя барками. Микешка быстро вскочил в лодку и отсунулся от берега, кинув Фролу его узел. Через минуту лодку едва можно было разглядеть на темных волнах Лены.

- Прощай, Микеша! - крикнул я вдогонку.

- Прощай-ай! - донеслось в ответ из темноты.

- Варнака к варнаку тянет, - с презрением сказал Фрол. - К жиганам, видно, пристанет.

- А ты разве не знал, зачем он у тебя выменивает лодку? - сказал я. Зачем же уступил?..

Фрол ответил не сразу.

- Хорошо ли бумагу писал? Крепко ли? - спросил он через минуту. Станочники чисто собаки. Не отдадут, пожалуй.

В это время к нам подошли станочники с фонарями, и все мы молча смотрели, как пароход, повернув к нам оба огня, бежал как будто прямо к нашему берегу... Под лучом пароходного огня мелькнула на мгновение черною тенью лодка Микеши и исчезла...

- Кто на реке? - спросил один из ямщиков.

- Микеша, - ответил Фрол торопливо. - Со мной приехал, да, вишь, сейчас отсунулся.

- Пошто?

- Я разве знаю?.. Ничего не говорил. А видно, опять в бега снарядился.

- В бега, так пошто за барку зачалился? - сказал опять пришедший ямщик, зоркие глаза которого, очевидно, пронизывали темноту там, где я ничего не видел.